За Отечество и веру!

Гроза Кавказа, богатырь XIX века. Генерал-лейтенант Я. П. Бакланов. Художник Иван Торопов

Считается, что XIX век мы знаем достаточно хорошо. Об этом столетии написано множество монографий, художественных книг и популярных очерков. Однако все обстоит далеко не так, как кажется. Фамилии некоторых выдающихся полководцев, которые сражались во имя России в позапрошлом веке, оказались мало известны в наши дни, что радовать, конечно, не может. И наш долг заключается в том, чтобы вспомнить их, ибо грош цена потомкам, не помнящим своих предков.

Знамя Якова Бакланова

Донское казачество неоднократно дарило России своих великих сынов. Яков Петрович Бакланов (1809–1873), несомненно, принадлежит к их числу. Он родился в семье казака, выслужившего дворянство, проливая свою кровь за Отечество. Отец – Петр Дмитриевич Бакланов – по праву стал полковником. И изначально предназначил Якова к воинской службе. Данный путь считался наиболее верным для уроженца Области Войска Донского.

Служить России Яков Бакланов начал в 1824 году, то есть не достигнув возраста и 15 лет. И более он с армией не расставался никогда, до самого ухода на казенную пенсию.

Русско-турецкая война 1828–1829 годов позволила Бакланову впервые отличиться. Он за свою смелость при атаках получил чин хорунжего, а еще был награжден и орденом Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость».

Бакланов умел воевать, да и личностью был необыкновенной. Сам физический облик внушал уважение. Имея рост под два метра и обладая немереной силушкой и «двухпудовыми» кулаками, Яков Петрович одновременно отличался светлым умом и полководческой хваткой в стиле великого Александра Суворова.

Памятник казачьему генералу Якову Бакланову на набережной Сухо-Соленовского залива, г. Волгодонск, Ростовская обл. Изображение с сайта wikiway.com

Больше всего повоевать Бакланову довелось на Кавказе. В XIX веке Российская Империя вынуждена была бороться за данную территорию, населенную различными народами, народностями и племенами. Недаром бытовала шутка про Кавказ: «Что ни горная долина, то и отдельный народ».

В 1849 году Якова Бакланова мы застаем в чине полковника. В 1850-м он принимает под командование 17-й Донской казачий полк. На Кавказе полыхает восстание Шамиля, инспирированное британской разведкой. Баклановский полк действует сверхуспешно. И тогда же горцы по-настоящему начинают бояться Якова Петровича: он наносил удары там, где они не ждали, и не терпел поражений. И в борьбе с горцами-«партизанами» он использовал тактику малых подвижных отрядов, аналогичную той, что применяется и в XXI веке силами специального назначения по всему миру.

В полк неожиданно пришла посылка с черным знаменем, на котором была изображена «Адамова голова» и написаны слова из «Символа веры», столь значимые для православного христианина − «Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века. Аминь». Бакланов сделал этот стяг личным знаменем. Один из очевидцев сообщает: «Где бы неприятель ни узрел это страшное знамя, высоко развевающееся в руках великана-донца, как тень следующего за своим командиром, − там же являлась и чудовищная образина Бакланова, а нераздельно с нею – неизбежное поражение и смерть всякому попавшему на пути».

Горцы испытывали суеверный ужас перед Баклановым. Они прозвали его русским «шайтаном» и считали, что даже серебряные пули не берут полководца.

Известен случай, когда один из самых отважных снайперов из войск Шамиля решил убить Бакланова. И заявил об этом перед соплеменниками прилюдно. В один из военных дней произошла своеобразная дуэль. На виду горцев и казаков враг дважды стрелял в Бакланова, но даже и не ранил. Яков Петрович же первым выстрелом поразил врага насмерть. С тех пор у горцев пошла поговорка, какой осаживали любого, кто хвастался своими подвигами: «Не хочешь ли убить Бакланова?»

В период Крымской войны (1854–1856) генерал-майор Бакланов продолжает свой ратный труд на Кавказе. При штурме турецкой крепости Карс он получает контузию, но продолжает командование вверенными ему частями. В 1860 году Яков Петрович Бакланов становится генерал-лейтенантом. А после участия в подавлении польского мятежа (1863–1864) он по состоянию здоровья просится в отставку, которую и получает только в 1867 году. На покое Бакланов жил скромно, отдавая почти всю свою генеральскую пенсию на содержание больных, раненых и бедных. И ушел ко Господу, как и подобает истинному православному человеку.

Считается, что как раз Яков Петрович Бакланов и послужил прообразом генерала из «Трех разговоров» философа Владимира Соловьева.

Герой Болгарии

В журнале «Русский мир» (1878) зафиксирован такой факт из времени русско-турецкой войны (1877–1878): «Во всех деревнях, мимо которых проходили наши войска, болгаре устраивали самую радушную встречу. Всюду били в колокола, а жители выбегали навстречу войск, вынося большие сосуды с холодным вином и водою… В дер. Михальцы генерал со всем штабом зашел в бедную деревенскую церковь, к общему восторгу жителей. Помолившись в церкви, генерал поехал дальше». Он взят из биографии русского генерала Гурко.

Генерал Гурко в Болгарии. Изображение с сайта in-bulgaria.online

Надо сказать честно, что имя генерал-фельдмаршала Иосифа Владимировича Гурко (1828–1901) найдется не во всякой военной энциклопедии. И его явно чтут больше в Болгарии, чем в России. Есть и населенные пункты, и улицы, названные в честь него. В России же их нет.

Сын генерала и внук курляндского вице-губернатора, воспитанник Пажеского корпуса Иосиф Гурко не мыслил себя вне армейской службы. В принципе все для него складывалось нормально. Но вот в военных действиях до Крымской войны ему поучаствовать не удалось. Для того чтобы отправиться на фронт, ему пришлось перейти из престижных гусар лейб-гвардии в обычный полк. Тогда же родился афоризм, приписываемый Гурко: «Жить с кавалерией, а умирать с пехотой».

После завершения войны карьера не прервалась, но, наоборот, развивалась стремительно. Иосифа Гурко подчиненные любили, а начальство считало образцовым офицером.

Накануне русско-турецкой войны Гурко имеет чин генерал-лейтенанта, но в принципе особой известности не имеет. Но грянула битва с Турцией (Османской империей) за освобождение славянских народов, и наступил «момент истины» для Иосифа Владимировича Гурко. Император Александр II назначил его в Передовой отряд Дунайской армии. Государь повелел быстро занять балканские горные проходы, что Гурко с успехом и сделал, овладев к тому же городом Тырново (старой столицей Болгарии), а также Казанлыком и Шипкой. Гурко перешел и Малые Балканы. Но неудачные действия других русских войск под Плевной заставили и Гурко отвести назад свой отряд…

Перед третьим штурмом Плевны Иосиф Гурко получил под свое начало весь крупный Западный отряд и разработал план недопущения деблокады крепости турецкой армией. Действовал он успешно.

Генерал Иосиф Гурко на Балканах. Художник П. О. Ковалевский, 1891 год

А когда Плевна пала, Гурко в декабре 1877 года, при страшной стуже и метелях, вновь перешел Балканы, показывая солдатам личный пример мужества, выступая впереди и не чураясь помогать вытаскивать обледенелые повозки. Русский генерал совершил то, что немецкий теоретик военной науки полагал совершенно невозможным. А 4 января 1878 года Гурко освободил Софию (нынешнюю столицу Болгарии). Генерал Гурко затем разбил турок под Филипполем и занял Адрианополь. Дорога на турецкую столицу оказалась открытой.

После войны Иосиф Владимирович Гурко исполнял обязанности Варшавского генерал-губернатора. И по его инициативе был заложен Александро-Невский кафедральный собор в Варшаве в 1894 году. Собор освятили через 11 лет после ухода ко Господу Иосифа Гурко. В 1924 году мстительные поляки снесли храм, чтобы унизить Православие и уничтожить память о Гурко навсегда. А нам, русским людям, следует помнить Иосифа Владимировича Гурко – замечательного полководца и великого гражданина России.

Александр Гончаров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

37 − 28 =

АРХИВ ГАЗЕТЫ