Унесенный туманным веком

01_rgjk4366t5hjgfd34528 января 2017 года исполняется 120 лет со дня рождения замечательного писателя Валентина Петровича Катаева (1897-1986), к тому же еще писавшего интересные стихи, детские сказки и пьесы. Ученик И. А. Бунина и по таланту считавшийся равным М. А. Шолохову и М. А. Булгакову прожил долгую жизнь. Многое было в ней и горестей и радостей. Если бы кто-нибудь решился написать роман о Катаеве, то вышло бы произведение в духе французского писателя Александра Дюма-отца, нечто вроде «Графа Монте-Кристо».

Молодые годы Валентина Катаева пришлись на революционное время, когда потерялись смыслы, а нравственность и порядок растворились в тумане XX столетия. Век подхватил его и понес в своем пространстве, где все смешалось и перепуталось.

Катаев добровольцем ушел на Вторую Отечественную войну в 1915 году. Сражался отважно. Об этом свидетельствуют боевые награды. Два Георгиевских креста и орден Святой Анны IV степени просто так не давали.

Крах страны и революцию писатель принял плохо, а в разразившейся Гражданской войне он оказался на стороне «белых». Правда, потом, уже при Советской власти, биографию изменили, приписав Катаева к Красной армии. Но письма говорят об ином: «Дорогой учитель Иван Алексеевич, вот уже месяц, как я на фронте на бронепоезде «Новороссия». Каждый день мы в боях и под сильным орудийным обстрелом. Но Бог пока нас хранит… Я исполняю свой долг честно и довольно хладнокровно… Пока мы захватили пять станций. Это значительный успех». Насколько известно, бронепоезд «Новороссия» принадлежал к армии генерала Деникина.

В 1920 году в родной для Катаева Одессе его арестовали чекисты по «делу о заговоре на маяке» вместе с младшим братом Евгением. Что спасло от расстрела, точно неизвестно. Этот случай сам писатель намеренно мифологизировал. Одним словом, пока не раскрыты полностью архивы, остается довольствоваться «легендами» о личном вмешательстве Г. Котовского или чекиста Якова Бельского, посчитавшего Катаева сторонником большевиков по нелепому стечению обстоятельств.

Впрочем, надо отметить, что Валентин Катаев достаточно легко отделался, ибо для «нового строя» он был человеком подозрительным, да и большинство родственников уж никак не могли считаться «социально близкими» товарищам-революционерам. Прадед и дед Катаева являлись священниками, а отец Петр Катаев работал в епархиальном училище преподавателем. По материнской линии среди предков имелись священники и военные.

Биограф В. П. Катаева передает следующее: «Мальчишками Валя Катаев со своим двоюродным братом Сашей, вспоминал писатель в 88 лет, надевали на шею кресты предков, воображая себя героями-священниками, идущими в бой вместе со славным русским воинством. Потому что «уже с детства были готовы сражаться за родину»…

Писатель рассказывал житийную историю: дед его шел через замерзшую реку Вятку с последним причастием, провалился под лед, спас дарохранительницу, но вымок в ледяной воде по грудь. И все же добрался до умирающего, исповедал и причастил, чтобы вернуться к себе тоже умирающим, почти без сознания – «гнилая горячка». Возможно, он умер от костного туберкулеза – вятские лекари врачевали ему коленную чашечку каленым железом».

02_gku65jgjstn345gВалентин Петрович Катаев всю жизнь и писал, и говорил, что он потерял веру в Бога на войне. Но писатель – лауреат Сталинской премии, обласканный высшим руководством СССР, явно лукавил. Несмотря на свое мужество на трех войнах, не подвергаемое сомнению, страх в его сердце запалил террор, развернутый против воцерковленных православных христиан режимом. Катаев отлично знал о гибели двух своих троюродных братьев в застенках НКВД: архиепископе Пахомии Черниговском и Аверкии Волынском. Все же Катаев слишком увлекся благами мирскими и комфортом туманного века. Но все равно Православие и Господь наш Иисус Христос не отпускали никогда от себя прославленного советского мэтра от литературы. Как ни скрывал Катаев свои чувства, но они постоянно прорывались в его произведениях. Абсолютно патриотический «Сын полка» (ранее изучавшийся советскими школьниками) имеет православную подоплеку, достаточно прочитать текст, дабы уразуметь сие. А в 1943 году, после избрания Патриарха, Катаев публикует в журнале «Красноармеец» рассказ «Отец Василий», где открыто представляет настоящего пастыря, не сломленного ни войной, ни немецко-фашистской оккупацией.

И насквозь Православием пропитана популярнейшая сказка В. П. Катаева «Цветик-семицветик» (1940), больше ведомая ныне по мультипликационным фильмам. Девочке Жене попадает в руки волшебный цветок, каждый лепесток коего исполняет одно желание. Шесть лепестков девчушка переводит зря. У нее возникают желания, подогреваемые то гордостью, то боязнью наказания, то завистью, то жадностью. Все заканчивается плохо, все начинания рассыпаются прахом, удовольствия завершаются пустотой. Но последний лепесток – седьмой Женя тратит на излечение мальчика-инвалида. И вот тогда приходит настоящая незамутненная ничем радость. «Возлюби ближнего своего…» торжествует в итоге.

Фактически о христианской морали Катаев рассуждает и в другой детской «пионерской» сказке «Дудочка и кувшинчик».

На излете жизненного пути В. П. Катаев публикует «Сухой лиман». И здесь он уже говорит чисто православным языком…

Валентин Петрович сейчас незаслуженно забыт. Иногда коммунисты вспоминают его «просоветские» произведения, но и только. Литература XXI века не дарит нам шедевров. Что-то измельчало и сломалось. Явно не хватает чего-то светским писателям. Веры они не имеют (или заражены маловерием) и не стремятся к Истине. Катаева, конечно, нельзя показать как образец для подражания. Но все-таки…

В книге Сергея Шаргунова «Катаев: «Погоня за вечной весной» приводится весьма важный эпизод: «Узнав, что дочь заходит в церковь поставить свечки, он сказал: «Ты думаешь, все так просто? Вера – это ответственность».

Потомок иерейского рода знал, что говорил. Туман не смог полонить его человеческую душу…

Александр Гончаров,
кандидат филологических наук

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 7 = 2