Свобода против рабства: Царь Николай II и Иов Многострадальный

Портрет Николая II (1898 г.)
художник Илья Галкин

Российский император Николай II родился 6 мая (ст. стиль) 1868 года

В интернете наткнулся на спор между типичным антимонархистом и монархистом.
Дискуссия шла на повышенных тонах. В конце концов, противник русского самодержавия разродился следующим перлом: «Не быть монархии в нашей стране. Народы – не рабы».
Словесный штамп есть штамп и ничего более. Людям удобнее всего оперировать чужими заготовками, ведь не надо приводить доказательства и объяснять, изыскивать аргументы и прочее. У многих монархия тесно привязана к рабству. Но ведь это абсолютная ложь. «Классическое» рабство в античную эпоху вполне процветало в демократических Афинах, а потом и в республиканском Древнем Риме. Да и сами формы рабовладения принимали иногда весьма причудливые и извращенные формы. И в Риме рабы имели своих рабов…
Но уже античные мыслители поняли суть рабства. Поэт Квинт Гораций Флакк (современник Юлия Цезаря, Брута и Октавиана Августа) записал: «Лучше быть рабом человеков, чем рабом страстей». А Аристотель (еще в IV в. до Р. Х.) отметил: «Нигде нет так мало единства и так много разногласий, как среди рабов».
Окончательный диагноз рабству поставило христианство: «Обещают им свободу, будучи сами рабы тления; ибо кто кем побежден, тот тому и раб» (2 Пет. 2, 19). «Кому вы отдаете себя в рабы для послушания, того вы и рабы…» (Рим. 6,16).
Но людям XXI века часто непонятны ни древние языческие мудрецы, ни апостолы, ни христианские праведники. Мы, безусловно, не можем знать, когда придет Господь наш Иисус Христос во Славе для преображения нашего грешного мира, но невольно припоминается фраза из Священного Писания: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы…» (2 Тим 3, 1-4). Самовлюбленные и эгоисты искренне считают, что возможность голосования за того или иного кандидата в президенты и является пиком свободы, а добровольное подчинение монарху (получившему власть по праву рождения) – это унижение и рабство.
Однако наши предки думали не так. Царь как Помазанник Божий принимался свободной совестью, выпестованной христианской верой. Русский народ оберегал монархию, и даже бунты и мятежи носили «царистский» характер (за хорошего царя – прим. ред.). Противниками же самодержавия в XVII-XX веках постоянно были представители образованных и европеизированных слоев общества, псевдорелигиозных или ударившихся в скептицизм и атеизм. Здесь прослеживается явная загадка для либерального ученого: элита, получавшая максимум привилегий, старается свергнуть монархию, а, казалось, угнетенные «черные люди» спешат царской власти на помощь.
Тайну русской монархии лучше всех раскрыл И.Л. Солоневич: «Самого очевидного вывода, что московское самодержавие было создано народной массой в ее, этой массы, интересе, наши историки – даже и монархические – никак заметить не могут. Бьются лбами о любые сосны: и Византия, и татарский пример, и экономические отношения, и все, что хотите, но выхода из девственной чащи трех сосен как не было – так и нет. Между тем, если мы просто-напросто возьмем элементарнейшие факты истории, то мы увидим, что самодержавие было: а) создано массами, и б) поддерживалось массами… Россия создала царскую власть и этим спасла сама себя. Или, иначе, царская власть не была никаким заимствованием извне, не была кем-то навязана стране, а была функцией политического сознания народа, и народ устанавливал и восстанавливал эту власть совершенно сознательно, как совершенно сознательно ликвидировал всякие попытки ее ограничения».
Когда обращаешься к фактам реальной истории, а не к комментариям идеологов и пропагандистов, то обнаруживается, что последнего императора из династии Романовых сверг не народ, а все та же европеизированная элита в результате «оранжевой» революции (после современных нам событий в Ливии, Египте и на Украине иное утверждать смешно и глупо втройне!). А при чтении мемуаров (особенно революционеров, хоть «красной», хоть «белой» масти) возникает четкое чувство, что здесь прорывается истовое лукавство. Не мог с 1894 по 1917 год страной управлять успешно человек, бывший то «тряпкой» или «игрушкой в руках царицы», то «кровавым деспотом» или «жестоким тираном». Ведь неслучайно в СССР все достижения мерили с 1913 года. Российская империя являлась нормальным государством, уверенно шедшим по пути развития. Трудности и беды имелись, но они преодолевались не хуже, чем сие делалось в Великобритании или Франции. А Первую мировую войну Россия вообще должна была закончить победоносно (после гибельного 1915 года в 1916-м и начале 1917 года явственно вырисовалась перспектива победы). Царя Николая Второго революционеры не возлюбили отнюдь не за успехи или неудачи государства, а за то, что император следовал в своих поступках и делах интересам России (а не клановым предпочтениям) и как православный христианин считал себя рабом Божиим. А рабы Божии не могут являться рабами партий, экономических интересов, мнений и настроений. Страстотерпец царь Николай, родившийся 6 мая (по старому стилю) 1868 года в день памяти Иова Многострадального, в подражание праведнику, поднимал любовь к Богу и России – подножию престола Пресвятой Богородицы – выше узкоклассовых или сословных желаний. Царь, как и любой человек, ошибался и находил правильные решения, терпел поражения и добивался успеха, но никогда (подобно Иову) он не отрекался от Господа.

Беседа Иова с Богом. XII век
Афон, Ватопедский монастырь

Николай Александрович любил библейскую Книгу Иова. Она несет на себе печать юродства – особого вида святости. Присутствие юродства в Книге Иова отслеживается, начиная от провозглашения мнимого сотрудничества Бога и сатаны в проверке святости Иова (Иов 1, 6-12; 2, 3-6) и заканчивая фразами: «Вот, все это видело око мое и заметило для себя. Сколько знаете вы, знаю и я: не ниже я вас. Но я к Вседержителю хотел бы говорить и желал бы состязаться с Богом» (Иов 13, 1-3). Праведник Иов рассуждает как истинный юродивый! Иов – не атеист, не богоборец, его цель даже не в том, чтобы понять смысл постигших его несчастий, ему просто претит кажущаяся удаленность человека от Бога, ему нужен сам Бог и никак не меньше (Иов 42, 1-6).
Праведный Иов свободен, ибо он – раб Божий, но также свободен и Николай, он – раб Божий. Иов не склоняется перед обличениями друзей, но и русский самодержец ради сохранения власти не падает ниц перед кадетами, «октябристами», перед Думой и либеральной прессой. Свобода и долг – сие объединяет Иова и Николая.
Прославление Русской Православной Церковью умученной царской семьи стало торжеством свободы над рабством. Все клеветы были отринуты, а «общественному» мнению «демократического» холопства противопоставлена христианская стойкость…
Образы Николая Второго и Иова Многострадального чрезвычайно нужны обществу XXI века, хотя оно и не осознает этого. Человечество саморазрушается под бременем тяжелой «свободы» греха. Идолы, вроде бородатой трансвеститской особи, выигравшей конкурс «Евровидения» в 2014 году, навязываются Западом всем и вся под вопли о равенстве прав и свободе слова и самовыражения. Здесь нет даже намека на приближение к Истине. И вспоминаются мне строки из песни православного барда Александра Непомнящего:
«А Правда там, где Царские Врата,
А на западе – по-прежнему тьма».
Рабы Божии ищут Свободу там, где Восток. Восток Востоков…

Александр Гончаров,
к.ф.н., ст. преп. кафедры журналистики СОФ ВГУ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

57 − 51 =