Святые по фамилии Смирновы

Молитва. Художник Екатерина Кизилова

Пасмурным осенним днем, в канун Рождественского поста, я отправился к своему другу монаху Геронтию – отнести гостинцев, попросить прощения перед вступлением в пост, да и просто побеседовать на душеспасительные темы. «Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас!» – произнес я молитву и постучал. Не дождавшись ответа, я легонько толкнул дверь. «Не случилось ли с ним чего?» – подумал я. Но с братом Геронтием все было в порядке: он пел вслух молитвы и просто не услышал меня. Я встал в сторонке и ждал окончания молитв, попутно совершая крестное знамение.

«Величаем вас, святые по фамилии Смирновы, – вдруг запел мой друг-монах, – и чтим святую память вашу…»

– Что это за память такая? – спросил я его по окончании пения. – В твоем скитском календаре новый праздник?

– Наш народ очень любит выбирать себе покровителей по именам. Совсем недавно я листал месяцеслов и обнаружил, что самое распространенное имя среди святых-мужчин – Иоанн. А самая распространенная фамилия среди Иоаннов – Смирновы. Удивлен? Аж шесть человек! Да что я тебя статистикой сухой кормлю. Хочешь гороховой каши? Самое монастырское блюдо! Да с маслом сливочным, пока пост не начался!

– Отказываться не стану. Раз уж со сливочным, тогда тем более. Да и я тебе гостинчик принес небольшой: твой любимый кефир. Да и рыбкой тебя побалую – пост ведь завтра.

Мы разогрели нехитрый обед и, разложив кашу по тарелкам, уселись за простой деревянный стол у печи.

– Так вот я и говорю, – про шесть святых Иоаннов Смирновых в календаре! Представляешь? Мне так стал интересен этот факт, что я загорелся идеей пересчитать всех святых Смирновых. Их оказалось тридцать пять.

– Сколько-сколько? – пере–спросил я с удивлением.

– Тридцать пять! В иных соборах святых той или иной епархии бывает собрано меньше подвижников. А Ивановы, Поповы, другие фамилии! Представляешь? Ведь многие люди знают о святых по имени, а о святых покровителях своих фамилий и не догадываются! Я тут и канон на скорую руку придумал небольшой, вот послушай начало:

«Песнь воспети благослови нас, Господи, со хвалением и благодарением всем святым с фамилией Смирновы, древле прославленным и во времена новыя, да сподобимся и мы молитвами их внити в светлыя чертоги Царствия Твоего».

– Вот это ты песнотворец! Где ты этому научился?

– Это порыв души, мой друг. Если душа просит молитвы, если хочет воспевать Бога и святых, ей ничего помешать не в силах. Да и в семинарии учился хорошо. Как тебе, кстати, каша гороховая? Еще?

– Давай уж лучше по чашечке чая. Я знаю, твой чай невероятно вкусный.

– Без чая – никуда, – и брат Геронтий достал большой термос. – Сегодня с шиповником и облепихой, витаминный. Видишь, погода какая хмурая? Немудрено и простудиться.

Уже отхлебнув из чашки, я спросил брата Геронтия, как он относится к службам на русском языке. Сам я на таких не бывал, но много о них слышал, и это пробудило во мне интерес.

– Они просто необходимы нашему обществу, мой друг. Помнишь, с какими трудностями шла проповедь Кирилла и Мефодия? А ведь они старались, чтоб все славяне могли понимать службы и Слово Господне. Больше тысячи лет прошло с той поры. Языки славян стали разниться друг от друга.

– Так что же, церковнославянский язык отжил свое?

– Ни в коем случае! Церковнославянский язык объединяет более чем тысячелетнюю богослужебную певческую традицию. Сколько красивейших и неповторимых распевов создано на нем, сколько написано проникновенных молитв! И русский и церковнославянский языки должны ужиться вместе в одном храме. Так уж решаем не мы – за нас решает время.

– А что же канон твой святым Смирновым написан на церковнославянском, а не на русском языке?

– Так попросила душа. И я писал.

Монах Илия Каунников

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 1 = 1

АРХИВ ГАЗЕТЫ