Шутовство и совесть. Размышления в “день смеха”

1 апреля каждый год веселится и ликует весь торговый народ. Предлагаются в продажу открытки, специальные подарки ко Дню смеха, а записные юмористы в отчаянии рвут волосы на голове, экстренно подготавливая очередные телепрограммы с замшелыми шуточками «ниже пояса».
Деньги, деньги, деньги… Очередной приход чисто коммерческого праздника. Казалось бы, ну что здесь поделаешь: в секуляризированном обществе не принято вспоминать о Великом посте и чувствах верующих людей. Но праздничек – День смеха далеко не так прост, как кажется. В Западной Европе, США и Канаде сию «знаменательную» дату именуют «Днем дурака». И сопровождается смешное торжество частенько далеко не безобидными розыгрышами.

Происхождение «Дня дурака» покрыто мраком неизвестности. Впрочем, существует масса предположений об его истоках. И все они для человека, который пытается думать и оценивать самостоятельно явления общественной жизни, неутешительны. Почти все догадки о празднике уводят нас в глубокую языческую древность. Современным неоязычникам ведь и невдомек, что жертвами божкам и демонам служили не только различные животные или растения, но и человеческие эмоции. Горем, предсмертным ужасом и болью питалась (на взгляд индуистов) богиня Кали. Древнеримские театры и действа, совершаемые в них, предназначались для ублажения Венеры, и не только ее. Гладиаторские бои – подобное жертвенное ристалище в честь богов. У Апулея же мы находим сообщение о весенних празднованиях (где шутки и розыгрыши являлись обязательными) во славу бога смеха.
Древняя Греция, как и Рим, имела свою «смеховую культуру», тоже напрямую связанную с ритуалами поклонения богам. Эллинский театр отлично свидетельствует об этом. В комедиях, например, с юмором показывали пытки рабов. «Ах, ах, как смешно корчится раб! Пяточку, пяточку огоньком ему прижгите», – хохотала почтенная публика.
Смехом и розыгрышем сопровождали греки воспоминания о похищении подземным владыкой Аидом Персефоны. В мифе говорится, что Аид украл Персефону и затащил ее в скальные переходы, ведущие в бездны земли. Бедняжка кричала, а спасатели, отправившиеся отбивать женщину у похитителя, так и не смогли правильно организовать погоню, ибо в горных теснинах их сбивало эхо от воплей несчастной…
После разрушения Римской империи в Средневековой Европе существовал целый ряд праздников, в которых сохранялись традиции языческого смеха. Из них произросли и «новый» День дурака, и карнавальные шествия (где одним из персонажей неуклонно являлась «беременная смерть»). Главным же героем здесь стал шут – профессиональный «смехач» и развлекатель.

Переход от христианства к идеологии капитализма

Современный вариант Дня дурака, или Дня смеха появился в 1582 году, когда Франция одной из первых европейских стран перешла с юлианского календаря на григорианский. Соответственно было перенесено начало Нового года с марта-апреля на январь. Люди же, продолжавшие отмечать «старый» Новый год весной, стали объектами насмешек и потешек. Скажем, им на спину незаметно лепили изображения рыбы и дразнили «апрельскими рыбами». Ай, как смешно!
Но стоп! Похоже, за истерическим похохатыванием скрывается нечто иное.
На праздник Нового дореформенного года обязательно к столу подавали рыбу. Средневековье Европы – христианская эпоха. И рыба подавалась не просто так, ибо Новый год мог выпадать на постный день. Припомним кое-что: Ихтис (др. греч. – рыба) – древний акроним (монограмма) имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв древнегреческих слов Иисус Христос Божий Сын Спаситель.
Выходит, любители развлечений открыто издевались над настоящими христианами, что и неудивительно: в 1453-1648 гг. начался переход, спровоцированный европейской элитой, от Христианской цивилизации к капиталистическому миру (в котором все религиозные, бытовые и государственные отношения должны подчиняться «культу золотого тельца»).
Русь и Россия, находившиеся под опекой Православия, не знали Дня смеха. Шутовство никогда не было в почете, а скоморохам отводился самый низ в социальной лестнице. Зато на Руси имелось юродство (которое в XX веке ряд ученых, в том числе и Д.С. Лихачев, зачем-то отнесли к смеховой культуре).
По сути, границей между Западной Европой (католической и протестантской) и Православной Европой юродство и является. На Западе юродивых можно пересчитать по пальцам: шотландский подвижник Кентигерн (V в.), шерборнский епископ Альдхельм (VII-VIII вв.) и несколько ирландских монахов. Причем все юродивые происходили из лона так называемого «дальнезападного» христианства, серьезно отличавшегося от обычного католичества и во многом приближенного к православному христианству. После 1054 г. – отпадения Католической церкви от полноты Христианства – юродивых в Западной Европе нет. Франциск Ассизский, коего иногда пытаются объявить юродивым, таковым не являлся, ибо его аскетика категорически отличается от православной.
Шутовство и скоморошество через смех обращают мир в хаос, а юродивый старается вытащить теплохладный мир к Богу. Шут терпит побои ради заработка или подобострастного служения королю, принцу или графу. Юродивый получает пощечины ради смирения души. Провокация шута совершается для умаления и осмеяния потерпевших (пусть над ними смеется каждый, кому не лень!). Юродская провокация направлена против оскудения веры. И Василий Блаженный – полный антипод европейского шута! А аскетический подвиг – юродство не имеет никакого отношения к мирскому скоморошеству. Над юродивым человек может смеяться, только если разум его и сердце зачерствели и неспособны плакать над грехами своими…

День дурака в России

В Россию День дурака завез Петр Первый. Этот государь зело Запад любил и розыгрыши приветствовал. Но вот себя не хотел числить дураком, насмехался же, как правило, над другими. Из истории известно, что от «шуток» Петра часто люди жестоко страдали…
В XVIII веке День дурака, благопристойно переименованный в День смеха, распространился по Российской империи и захватил все тогдашнее, образованное на иностранный манер, дворянство…
Из XIX века к нам дошел один примечательный эпизод.
1 апреля (по н. ст.) родился Николай Гоголь. Наверняка телевидение и газеты вспомнят об этой дате, чтобы оправдать юмористические «прыжки» на экране и страницах изданий. Естественно, будет упомянуто о юморе, сатире и смехе Н.В. Гоголя. Но вот 19 апреля (ст. ст.) 1836 г. состоялась премьера комедии «Ревизор». Пьеса была встречена на «ура». Лишь Гоголь остался недовольным. Его никто не понял. «Прогрессивные образованцы», воспитанные на шутовстве и западной литературе, смеялись над сатирическими выпадами против казнокрадства, чинопочитания и прочими весьма негативными фактами жизни. Однако Николай Васильевич мечтал, чтобы люди задумались не над внешними бедами, а о своей душе. «Ревизор» имеет вполне юродское наполнение. Развязка «Ревизора» доказывает нам сие: «…Не о красоте нашей должна быть речь, но о том, чтобы в самом деле наша жизнь, которую привыкли мы почитать за комедию, да не кончилась бы такой трагедией, какою не кончилась эта комедия, которую только что сыграли мы. Что ни говори, но страшен тот ревизор, который ждет нас у дверей гроба. Будто не знаете, кто этот ревизор? Что прикидываться? Ревизор этот – наша проснувшаяся совесть, которая заставит нас вдруг и разом взглянуть во все глаза на самих себя. Перед этим ревизором ничто не укроется, потому что по именному высшему повеленью он послан, и возвестится о нем тогда, когда уже и шагу нельзя будет сделать назад. Вдруг откроется перед тобою, в тебе же, такое страшилище, что от ужаса подымется волос. Лучше ж сделать ревизовку всему, что ни есть в нас, в начале жизни, а не в конце ее. На место пустых разглагольствований о себе и похвальбы собой да побывать теперь же в безобразном душевном нашем городе, который в несколько раз хуже всякого другого города, в котором бесчинствуют наши страсти, как безобразные чиновники, воруя казну собственной души нашей! В начале жизни взять ревизора и с ним об руку переглядеть все, что ни есть в нас, настоящего ревизора, не подложного! не Хлестакова! Хлестаков – щелкопер, Хлестаков – ветреная светская совесть, продажная, обманчивая совесть, Хлестакова подкупят как раз наши же, обитающие в душе нашей, страсти. С Хлестаковым под руку ничего не увидишь в душевном городе нашем».
И 1 апреля гораздо лучше иметь перед глазами эти гоголевские строки, а не пялиться в телевизор, визжа от восторга и ухахатываясь от выходок выводка юмористов. Смех не ведет к благу. Ведь родители не смеются над малышом (даже и по-доброму), который учится ходить. Они радостно улыбаются.
И громогласность хохота не свидетельствует об уме и чистоте душевной. «Глупый в смехе возвышает голос свой, а муж благоразумный едва тихо улыбнется» (Сир. 21, 23).
Празднуя ежегодно День дурака, можно самого себя оставить в дураках навечно…

Александр Гончаров, к.ф.н., ст. преподаватель кафедры журналистики СОФ ВГУ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

29 − = 22