Они из Новороссии

01_DSCN0563По последним данным, количество беженцев с Украины достигло 700 тысяч. Около 600 человек нашли прибежище в Старом Осколе. В сущности, все они – жители непризнанной Новороссии. Люди благодарны за приют, но не все спешат получить статус беженца или оформить временное пребывание. Многие мечтают о возвращении домой. Но жить они хотят только в Новороссии.


Надежда из Артемовска

Из Артемовска Надежда с семьей ехала в Россию на воронежском автобусе. Водитель то и дело сворачивал с трассы и продвигался по каким-то ему только ведомым проселочным дорогам. И то удивительно, что рейсовый транспорт ходил по охваченной огнем гражданской войны Украине. Семь раз пассажиров проверяли на блокпостах: дважды ополченцы ДНР и пять раз досматривали украинские военные, в том числе и нацгвардия. Но все было корректно, в сумках не рылись, желали счастливого пути.
В Ровеньках Воронежской области автобус пересек границу с Украиной, и Надежда вместе с детьми отправилась в дальнейший путь – на свою родину, в Старый Оскол.
– Я родилась в селе Сорокино, училась здесь в школе, а в старших классах – в Старом Осколе, – рассказывает Надежда (фамилию она попросила не указывать). – Но так сложилось, что на Донбассе я прожила почти сорок лет. Там родились и выросли дети. У обоих высшее образование, хорошая работа. И теперь нам пришлось все бросить и уехать в Россию. И странная ситуация: всю жизнь скучала, всю жизнь мечтала вернуться в Старый Оскол. Особенно в 90-е, когда было очень трудно. Но теперь душа рвется на Донбасс. Приросла там я уже корнями, у нас два дома, хозяйство. Пока за всем присматривает муж. Правда, и у него сумка собрана: Артемовск уже в руках украинских силовиков.
Надежда с мужем долго не могли решиться на вынужденный переезд, хотя она видела, как уничтожали Славянск, как «грады» утюжили Семеновку. Чтобы спасаться от бомбежек, приготовила подвал. Принесла туда еды, свечей, лопаты – а вдруг придется откапываться. Но долго ли просидишь в самодельном бомбоубежище – сыром подвале? И выдержит ли психика восьмимесячной внучки жуткий грохот от разрывов снарядов? Последней каплей стал авианалет на соседний Краматорск. Начались взрывы в 4-5 километрах от дома.
– Мы собрали семейный совет и решили – нужно уезжать. Дочка сопротивлялась. Она, как и я – противница новой власти, которая нас хочет заставить поклоняться Бандере и разговаривать на украинской мове. Вместе ходили на митинги. Мой муж хоть и украинец, но тоже был против нынешнего правительства. Мы помогали ополченцам и деньгами, и продуктами. Я ездила в Славянск, чтобы разговаривать с украинскими военными. До начала боевых действий такой диалог был возможен. Я говорила, что у меня есть сын, я не хочу, чтобы он погиб, и не хочу, чтобы вы погибли, чтобы матери ваши плакали. Молодые ребята в масках слушали нас, опустив глаза, но были и те, кто передергивал затвор автомата. Тогда все было мирно. Когда же военные начали бомбить Славянск, убивать детей и женщин – разговаривать стало бесполезно. Точка возврата прошла.
До самой последней минуты, когда начался артиллерийский обстрел мирных жителей, никто на Донбассе не верил, что украинец будет стрелять в украинца. На референдум шли, как на праздник. Все жители Новороссии надеялись, что федерализация пройдет мирно, почти как в Крыму, и полагали, что им удастся создать такой островок в границах Украины, где они спокойно будут продолжать трудиться. Киев будет вынужден смириться с их самостоятельностью или даже с присоединением к России. Мечты были, конечно, наивными, но почти все ими грезили и надеялись на Россию: большой брат введет миротворческий контингент и преградит путь «нацикам». Но, как показало время, у киевской хунты, руководимой американскими спецслужбами, был совсем другой сценарий.
Сейчас в Артемовске хозяйничает нацгвардия. Уже собраны списки тех, кто активно помогал ополчению. Надежда не исключает, что там есть и ее фамилия: соседка по улице грозилась сдать всех «сепаратистов». Так что возвращаться домой она опасается. Дети же адаптировались к российским реалиям быстро и уже оформляют временное пребывание. Сыну поступило несколько предложений на работу. Дети живут в гостинице «Русь» и благодарят местные власти за оказанную помощь.


Алексей из Лисичанска

Алексей (имя изменено) продолжает курсировать между Украиной и Россией, доставляя церковную утварь для храмов. Возможно, это последняя поездка: возвращаться в Лисичанск, занятый украинскими войсками, все опаснее. Полтора месяца он стоял на блокпосту с ополченцами. Вместе семьей и родителями Алексей переживал бомбежку в подвале дома. Уехать? Но куда? Неизвестность страшила больше, чем гул сирены перед артобстрелом. Здесь держало все: дом, работа, налаженный быт. Казалось, что день-два, и этот кошмар закончится. Но украинская армия методично разрушала прежнюю жизнь. И порой казалось, что их цель – уничтожение не ополченцев, а мирных жителей. Именно их нужно изгнать из городов и поселков.
– Сейчас у людей, оставшихся в оккупированных нацгвардией городах – лишь страшная усталость от жестокости, бомбежек, – рассказывает Алексей. – Чем больше города сопротивляются, тем беспощаднее националисты к местным жителям. Молодых ребят, которых они подозревают в помощи ополчению, режут ножами. Из занятых городов: Славянска, Красного Лимана и других – приходит информация, что там творится беспредел. Днем еще сохраняется видимое спокойствие, а ночью – разгул. «Нацики» входят в любую квартиру, просто вышибают дверь, грабят, насилуют. Идет мобилизация по-украински: на улицах хватают молодых ребят. Кто не соглашается воевать, того расстреливают.
Молодое поколение украинских националистов действует в духе своих кумиров – Бандеры и Шухевича. За более чем полвека ничего не изменилось. Они по-прежнему считают, что самый надежный способ борьбы за незалежную Украину – это убить, сжечь или зарезать несогласного с их установками. По мнению Алексея, Новороссия проигрывает, потому что не готовилась к войне. Даже когда было уже понятно, что города будут бомбить, часть мужского населения продолжала сидеть в кафе, попивая пиво, и произносила громкие возгласы, что они не будут американскими подстилками. Этими криками их боевой дух и ограничивался. Как полагает Алексей, вследствие непрекращающихся политических передряг на юго-востоке люди давно решили жить по принципу «каждый сам за себя» и «моя хата с краю». И только военные действия заставили людей сплотиться и задуматься не только о хлебе насущном. На западной Украине, наоборот, молодые умы методично обрабатывали в националистическом духе. Противостояние было неизбежно.
Донбасс не поддержали ни Харьков, ни Одесса, так что Новороссия приняла на себя весь удар нового проамериканского правительства Киева. И все-таки, несмотря на такое неравенство сил, Новороссия продолжает стоять. Именно благодаря твердости ее защитников была обнажена сущность нынешней власти, стали понятны ее цели и задачи. Этот гнойник вскрылся быстро, и мир в конце концов увидел, какое будущее его ждет.
– Я думаю, что эта борьба не бессмысленна, – уверена Надежда из Артемовска. – У нас будет Новороссия, и мы будем дружить с Россией или будем в ее составе. Я в это верю.

Светлана Петрова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 39 = 45

АРХИВ ГАЗЕТЫ