Мир и дети: проблемы и решения

01_ghfjk834y5urit3q41 июня во всем мире отмечается «Международный день защиты детей», который был учрежден в далеком теперь ноябре 1949 года. Всего-навсего чуть более пяти лет прошло с момента окончания Второй Мировой войны – самой страшной войны в истории человеческого рода. Этот день был важен и тогда и не потерял актуальности сейчас. Ибо современное общество чрезвычайно жестоко именно к детству, к ребенку, к детской чистоте.

В международном календаре есть еще две даты, схожие с днем защиты детей – это 20 ноября – «Всемирный день ребенка», а 16 июня – «День защиты детей Африки». Общество явно чувствует, что с охранением детства сложилась неблагоприятная ситуация.
Однако, если не обманывать себя самих, днями защиты детей не защитить. Это скорее время, когда человечество лишь напоминает себе о важнейших проблемах, решает сугубо конкретные вопросы (скажем, со сбором денег для больных ребятишек). Проводит торжественные мероприятия и концерты. Но мало кто задумывается над тем, что же происходит с детьми, что происходит с подрастающими поколениями, какие реальные угрозы могут привести к тотальному расчеловечиванию системы воспитания детей и подростков.
Проблемы насилия над детьми, абортов и эксплуатации маленьких жителей планеты Земля все-таки видны достаточно четко. И здесь наметить пути для борьбы с ними проще. Но есть скрытая проблема, о коей как-то не принято говорить громогласно, а между тем, наверное, она является главной, и из нее проистекают и вышеназванные проблемы…
Впервые термин «социальный дезертир» мне попался в работах замечательного ученого и публициста, к сожалению, ныне покойного, Александра Панарина.
Социальный дезертир – это человек, сознательно отказывающийся от выполнения своих обязанностей перед обществом, лишенный чувства долга по отношению к чему-нибудь и кому-нибудь, отягощенный эгоизмом и искренне полагающий, что его права священны и неприкосновенны (для получения последних ничего делать не надо, они даются ему уже при рождении).
Ныне социальное дезертирство наиболее распространено в «цивилизованных» странах и оттуда постепенно расползается по всему земному шарику. Но социальный дезертир как маргинал существовал всегда, видимо, еще с самого начала человеческого рода.
В традиционной мифологии, религиозных  и художественных текстах образ социального дезертира обрисован очень хорошо. В легендах, бытовавших на острове Суматра – это люди, превратившиеся в орангутанов, в Библии – Каин, в русской литературе – Обломов и Катерина (из «Грозы» Островского).
Социальный дезертир далеко не всегда негодяй, он может быть и добрым, и обаятельным. Проблема в другом – долг перед обществом не принимается, да и не распознается вообще. Социальный дезертир обнаруживается  в любых слоях общества, в его шкуру легко перевоплощаются не только отдельные люди, но и сословия, классы, профессиональные, демографические и религиозные группы. Это некий волколак, который агрессивно настроен на перевербовку иных членов общества, сеящий свою идеологию повсюду и ради своего дезертирства готовый к любым действиям и неблаговидным поступкам (которые, естественно, оправдываются «высокими» стремлениями).
Социальное дезертирство всегда в первую очередь поражает элиту.  «Рыба гниет с головы», – так гласит народная мудрость. Аристократия перерождается в какократию. Возникает противоестественный отбор: вверх идут не лучшие, а худшие. В духовном плане именно с сего начинается распад нации, народа, власти, государства, общественных отношений.
Обратим внимание на современную европейскую аристократию, или элиту, если угодно. Среди первых лиц государств и объединений оказались люди, которые не изведали ни счастья материнства, ни счастья отцовства. Люди, которым непонятен и не нужен ребенок, ибо своих детей они не родили и не воспитывали. Это Эммануэль Макрон, президент Франции; Тереза Мэй, премьер-министр Великобритании; Никола Стерджен, первый министр Шотландии; Ангела Меркель, канцлер Германии; Марк Рютте, премьер-министр Нидерландов; Паоло Джентилони, председатель Совета министров Италии; Стефан Левен, премьер-министр Швеции; Ксавье Беттель, премьер-министр Люксембурга (состоит в содомитском сожительстве); Жан-Клод Юнкер, глава Еврокомиссии. А ведь список может быть легко продолжен. Чему они учат подражать обыкновенных людей? Какие законы они продвигают? На что, наконец, они направляют денежные средства?
Эта «новая» элита подает пример отказа от собственного ребенка ради карьеры и комфорта, ради политики и развлечений. Эта элита продвигает ювенальную юстицию, разрушающую семью и позволяющую чиновнику (часто тоже бездетному) заставлять родителей обращаться с детьми так, как ему, чиновнику, хочется. Эта элита проталкивает и уже протолкнула сексуальное «просвещение» с содомитским уклоном даже на уровне детского садика. Эта элита направляет деньги на что угодно, только не на развитие нормальных детских образовательных программ, где говорится о настоящей любви, прекрасном мире, созданном Творцом, о Господе Боге и любящем человеке.
Но, как ни странно, даже не элита Запада и следующие за ней в других странах чиновники, а копировальщики более низкого уровня создают для детства абсолютно разрушительную среду.
Реклама приучает детей к потребительству и превращает их в «старичков». Мультфильмы, где герои страшны и механизированы донельзя, отвращают ребенка от живой природы. Социальные сети, где ведут пропаганду того же потребительства взрослые дяди и тети, разрушают детский взгляд на происходящее. Дети, уткнувшись в компьютеры, разучиваются играть друг с другом во дворе и на улице. А ведь без таких игр в дальнейшем вырастают замкнутые и неприспособленные к жизни люди, упоенно пестующие свой эгоизм.
Социальные сети часто несут и прямую опасность существованию маленького человека. Групп с проповедью самоубийства в интернете становится больше с каждым годом. Их основатели упиваются некоей псевдодуховной властью над подростками, заставляя последних совершать ужасные поступки, фактически преступления против самих себя.
И за всем этим скрывается социальное дезертирство мам и пап, бабушек и дедушек, сосредоточенных на личных вопросах, а к ребенку относящихся как к дорогой игрушке, которую надо хорошо кормить и одевать и постараться дать потом престижное (не добротное, а престижное!) образование.
Взрослые социальные дезертиры отказались от долга воспитания детей. И думают даже о собственном чаде как о приложении к успеху на работе, покупке автомобиля или шашлыку на фоне реки или леса. Необходимому, так сказать, антуражу.
Мир настолько погряз в материальном и материализме, что и не грезит иными сферами.
Болезнь безразличия к детям (при внешнем проявлении «липовой» любви), впрочем, родилась не в XXI веке. Она известна исстари. Святитель Феофан Затворник писал: «Любовь матерняя есть не образ только, но и самое действие промыслительного о нас попечения Божия. Без нее немыслимо распространение и сохранение рода человеческого. Мать, не любящая детей, есть отверженница и Бога, и людей.
Отцовская любовь не уступает, может быть, в силе материнской, но в обнаружении имеет свой оттенок. У отца больше отрезвляющей строгости, а у матери согревающего снисхождения. Та и другая вместе, в пределах благоразумия, верно достигают цели – хорошего воспитания детей.
Сколько кто сам любит своих родителей, столько будет любим и уважаем своими детьми, когда их Бог пошлет. Это повсюдный урок опыта.
Молодежь жить на земле и по земному хочет. Ведь и нельзя без этого, потому что мы земны. Только не надо забывать, что на земле мы на время, и короткое, – стало, хоть и земны, но не для земли получили бытие.
Детей отчуждение – дивно. Но посмотрите, не вы ли виноваты в том. Если вы то за чтением, то за рукоделием, а детьми мало занимаетесь, так что они не видят от вас ласки… то что дивного, что они отчуждаются от вас?»
И нельзя пройти мимо слов святителя Иоанна Златоуста, произнесенных на заре христианской эры: «Хотя бы у нас все наше было благоустроено, мы подвергнемся крайнему наказанию, если не радеем о спасении детей.
Развращение детей происходит не от чего другого, как от безумной привязанности (родителей) к житейскому. Обращая внимание только на это одно и ничего не желая считать выше этого, они необходимо уже нерадят о детях с их душою. О таких родителях я сказал бы, что они хуже даже детоубийц: те отделяют тело от души, а эти то и другое вместе ввергают в огонь гееннский.
Нет нам извинения, когда дети у нас развратны.
Возраст (детский) нежный, он скоро усвояет себе то, что ему говорят, и, как печать на воске, в душе детей отпечатлевается то, что они слышат. А между тем и жизнь их тогда уже начинает склоняться или к пороку, или к добродетели. Потому, если в самом начале и, так сказать, в преддверии отклонить их от порока и направить на лучший путь, то на будущее время это уже обратится им в навык и как бы в природу, и они уже не так удобно по своей воле будут уклоняться к худшему, потому что навык будет привлекать их к добрым делам».
Святые, прославленные Богом и Церковью, дают точный диагноз происходящему с нами. Они показывают, что будет, если детей родители не воспитывают правильно. И как высоко святитель Иоанн Златоуст и святитель Феофан ценят родительство и ребенка, а родительские обязанности привязывают к долгу перед Богом и сравнивают с царскими обязанностями.
К святым надо прислушиваться и следовать советам их. Честно слово, мир станет хоть на малую толику, да и лучше. Господь наш Иисус Христос детей любил. А сейчас все заела теплохладность в отношении детства. Теплохладность, которую пытаются оправдать, а ей нет оправдания.
В Международный день детей можно устраивать тысячи плясок и музыкальных вечеров, митингов (где ораторы говорят добрые речи) или благотворительных марафонов. Это необходимо и важно. Но гораздо нужнее вернуть родителей детям, прекратить разнузданную пропаганду потребительства на ТВ и вспомнить, что пред Богом все мы ответим за то, какими сделали чад своих.

Александр Гончаров,
кандидат филологических наук

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

+ 17 = 26