Memento mori

Утрата. Художник Чжу И Ен

Все мы живем в определенном отрезке времени и подчинены ему. Мы рождаемся, взрослеем, переживаем периоды зрелости и старости и умираем. У нас рождаются дети и внуки, точно так же, как когда-то мы родились у наших родителей, дедушек и бабушек. Очевидные вроде вещи. Никто из нас не изъят из круга жизни, это и правда очевидный для всех факт. Бывает так, что и смерть приходит совсем внезапно.

Помнить о смерти нужно. Помнить и понимать, что это часть нашего бытия. К сожалению, далеко не все это осознают и часто просто не знают, что делать, если смерть постучалась в их дом. 

Этой темы не нужно бояться. Разговор об этом, возможно, самый важный из всех разговоров для нас. Он будет длинным, серьезным и полезным. Итак, начинаем.

Сегодня я отпевал женщину, которая скончалась в 42 года, и около ее гроба стояли муж и двое девочек подростков… Что я говорю в таких случаях? Что вообще можно сказать и нужно ли находить слова? Уверен, что нужно. Это могут быть вовсе не слова утешения в привычном смысле. «Утешений» эти люди, думаю, услышали вдоволь и до того, как попали на отпевание. О чем я говорил сегодня? О том, что все мы друг у друга есть и мы даны друг другу на время. Это касается не только смерти – как самого очевидного факта разлуки друг с другом. Это касается и взросления наших детей. Они даны нам, родителям, только на время, и во многом от нашего поведения зависит, будут они звонить нам часто, когда вырастут или уедут, или будут лишь изредка звонить по праздникам.

Это касается и наших друзей, которые есть у нас, но какая-то маленькая ссора может перевернуть все наши отношения вверх дном, и человек, с которым дружил, взял и исчез из твоей жизни. Он жив. Где-то ходит, так же, как и вчера, но в твоей жизни этого человека больше нет. Это касается и разлук, и расставаний с любимыми людьми. Порой разрыв ранит почти так же, как физическая утрата, особенно когда один еще любит, а другому уже все равно… Мы часто не задумываемся над этими простыми вещами. Абсолютизируя расставание лишь в факте смерти, мы бываем не способны оценить то, скольких людей мы теряем порой безвозвратно в потоке жизни. В этой связи особенно полезно поразмыслить, оказавшись на похоронах.

Сумерки. Художник Сергей Тутунов

Мы узнаем, что кто-то умер, и идем на похороны. Этот день – день скорби, день траура. День, когда время словно остановилось. Особенно когда прощаешься с дорогим и любимым, близким человеком. Когда сознание просто не вмещает сам факт смерти. «Как он или она могли умереть?» – часто слышим мы. «Еще жить и жить…» – вторит кто-то рядом. Нас настигают воспоминания. Перед глазами всплывают самые, наверное, трогательные и главные моменты, которые связаны с тем человеком, которого уже нет рядом.

Успели ли мы сказать ему самое главное?

Об этом часто приходится слышать опять же в контексте смертной разлуки. Об этом в общем-то нужно размышлять, как перед гробом, так и в перспективе диалога с теми, кто пока что рядом с нами. Ведь самое главное можно и нужно говорить не только тому человеку, который скоро уйдет из этой жизни. Самое главное, можно и нужно говорить именно в процессе жизни, а не в перспективе близкой смерти.

Говоря о том, что мы, может быть, не успели сказать самое главное тем, кто уже ушел, не случается ли так, что мы лукавим, хотя бы отчасти? Страшно, когда не успеваем только потому, что не спешим. Больно видеть и осознавать тот факт, что близкие родственники не общаются годами и видятся только на похоронах, для того чтобы проводить в «последний путь».

Все, конечно же, может быть иначе. Можно не только провожать, но и идти вместе по жизни.

Можем ли мы позволить себе говорить с главными людьми нашей жизни и произносить главные слова? Часто ли наше общение происходит на глубине, а не в фоновом режиме? Очевидно, что диалог может случиться не всегда и не со всеми. Кому-то, может быть, вообще некомфортно общаться на главные темы. Мы можем говорить обо всем на свете и не проговаривать самых важных вещей. А проговаривать их нужно. Именно эти вещи, эти слова останутся в нашей памяти. И этих слов должно быть достаточно. И вот почему. Мы с вами начинаем разговор о том, как молиться об усопших. Разговор не простой. И красной нитью для меня в таких беседах является содержание диалога с Богом.

Будучи совсем молодым священником, в проповеди, после отпевания я говорил о том, что к Богу можно обращаться своими словами, если даже вы не знаете каких-то специальных молитв. Потом я поймал себя на мысли, что перед тем как обратиться с важными словами к Богу, нам всем нужно сперва научиться говорить друг с другом. Если молитва – это диалог, то естественно учиться такому диалогу в общении с людьми. Тем более, когда речь идет о молитве за другого человека. Что я могу рассказать Богу об этом человеке, прежде чем попрошу о милости к его душе? Что я могу сказать самому себе о том человеке, по которому совсем недавно пел «Вечную память»? И как правильно молиться за того, кого рядом нет, но по кому сердце болит? Как преодолеть точку и грусть и как молитва может помочь в этом?

Об этих вещах и еще о некоторых мы попытаемся поразмышлять на страницах «Православного Осколья». Молитва дарует всем нам утешение, молитва о наших усопших не является исключением. Будем размышлять, будем задавать вопросы и искать ответы. Эта тема очень важная, и автор тут, скорее, как собеседник, а не как эксперт или учитель.

Продолжение следует.
Протоиерей Максим Горожанкин

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

57 − = 55

АРХИВ ГАЗЕТЫ