К 70-летию освобождения Старого Оскола от немецко-фашистских оккупантов

Боевой отряд, вышедший из окружения под Старым Осколом. 1941 г.

“Находясь в плену у врага,
не забывайте, что вы – русские люди”

Патриарший Местоблюститель
митрополит Сергий (Страгородский)

К началу Великой Отечественной войны храмы, некогда располагавшиеся в исторической части города на улице Курской (ныне ул. Ленина) уже были разрушены. Предприимчивая советская власть строительный материал использовала для городских хозяйственных нужд. В начале 1940-х годов от одних городских церквей не осталось камня на камне, а другие были искусственно руинизированы. По свидетельству старожилов, процесс их планомерного уничтожения продолжался вплоть до немецкой оккупации. А чтобы жители не подумали, что началась бомбежка, их заранее оповещали по радио о готовящихся взрывах в городе. В богоборческий период конца 1930-х – начала 1940-х годов уцелели лишь пять слободских храмов, расположившихся «у подножия города»: Троицкий храм в слободе Стрелецкой, Вознесенский храм на Казацких буграх, Ильинский в Ездоцкой слободе, храм Александра Невского на Гумнах и Крестовоздвиженский храм в Ямской слободе.
С первых дней войны Старый Оскол, как и вся страна, перешел на военное положение. Жизнь в городе потекла по законам военного времени: 23 июня 1941 года началась всеобщая мобилизация. Сотни старооскольцев добровольцами ушли на фронт. Город опоясался системой окопов, дзотов, блиндажей. В оборонительную систему были включены и специально оборудованные каменные здания слобод, церковные колокольни, привокзальные здания и водонапорная башня.
Заняв город 3 июля 1942 года, оккупанты стали устанавливать «новый порядок» жизни – как хозяйственной, так и религиозной, руководствуясь циркулярами Главного управления имперской безопасности. Захватчики ввели для населения в возрасте от 18 до 45 лет жесткую трудовую повинность.

Советское население на дорожных работах для вермахта. Июнь 1942 г.

При этом рабочий день мог длиться по 14-16 часов в сутки. За отказ и уклонение от работы, невыполнение приказов, малейшее неповиновение, сопротивление грабежу и насилию, помощь партизанам, за членство в коммунистической партии и комсомоле и просто без причины следовали расстрелы, казни через повешение, избиения и пытки со смертельным исходом.
На основе директив фюрера был разработан план религиозной политики на Востоке, вошедший в оперативный приказ N 10 «О церковном вопросе в оккупированных областях Советского Союза» от 16 августа 1941 года. Этот приказ является первым документом, подробно регламентирующим положение религии и Церкви в оккупированных областях: «Столь же мало следует заботиться и о поощрении православной церкви. Когда население оккупированных областей Советской России выкажет желание позаботиться о своих религиозных делах, и когда, без поддержки оккупационных властей, имеется в наличии духовное лицо для этого, то восстановление отправления церковных служб может быть допустимо. Но ни в коем случае германские органы не должны открыто поощрять церковную жизнь или проведение массовых крещений. О восстановлении прежней патриархальной русской церкви не может быть и речи. Нужно следить за тем, чтобы возникшие церковно-православные общины не могли организованно объединиться и создать руководящие центры. Поэтому желательно расщепление на отдельные православные группы». Немецкое правительство преследовало следующие цели: поддержать религиозные движения как враждебные большевизму; дробить их на мелкие течения во избежание консолидации для борьбы с Германией; использовать религиозные организации для помощи немецкой администрации.

Расстрел на Гумнах. 1942 г.

Во время оккупации Старооскольского края новая власть разрешила открывать храмы, собирать средства на их ремонт. Люди приносили иконы и церковную утварь из дома, припрятанную еще в 1920-е годы, в период изъятия церковных ценностей советской властью. Доставали спрятанные облачения, приглашали священников. Оккупационная власть разрешала открыть церкви при условии, что священники будут следовать правилам католического богослужения.
И уже в июле 1942 года открылись слободские церкви: Ильинская в Ездоцкой слободе (священник Михаил Федорович Попов); Вознесенская в Казацкой слободе (священник Александр Васильевич Иваницкий); Троицкая в Стрелецкой слободе (священник Григорий Григорьевич Вишневский). 25 февраля 1943 года для богослужения открылась Крестовоздвиженская церковь (священник Иоанн Ипполитович Солодовников). И только лишь Александро-Невская церковь не прекращала служить. С 15 августа 1942 года послушание настоятеля Гуменской церкви нес священник Федор Васильевич Виноградов.
Оккупанты настойчиво «рекомендовали» священнослужителям в проповедях и во время церковных церемоний выражать верноподданнические чувства к Гитлеру и Третьему рейху, а также проводить специальные молебны за победу германской армии и «спасение родины» от большевиков.
В январе 1941 года в специальном обращении к православным людям, оказавшимся на временно оккупированной немцами территории, Патриарший Местоблюститель митрополит Сергий (Страгородский) напомнил: «находясь в плену у врага, не забывайте, что вы – русские люди». Он предостерегал людей, чтобы сознательно или по недомыслию они не оказались предателями своей Родины. Одновременно митрополит Сергий призывал содействовать партизанскому движению. В послании было подчеркнуто: «Пусть ваши местные партизаны будут и для вас не только примером и одобрением, но и предметом непрестанного попечения. Помните, что всякая услуга, оказанная партизанам, есть заслуга перед Родиной и лишний шаг к нашему собственному освобождению от фашистского плена».
В сохранившихся дневниковых записях коренного жителя Старого Оскола, педагога-историка, краеведа Николая Никифоровича Белых рассказывается о жизни Старого Оскола в период оккупации (с июля 1942 по февраль 1943 гг.). Автор пишет о тех, кто не предал Родину, и о тех, кто променял ее на чечевичную немецкую похлебку. Пишет Н.Н. Белых и о священнике, который служил в Александро-Невской церкви еще до войны. В оккупационный период вместо проповедей он часто читал с амвона сводки Советского информбюро и всякий раз призывал верующих не падать духом и молиться в душе за победу Красной Армии над немцами. О батюшке начал ходить в округе слух, что он является «партизанским попом». Однажды, во время чтения батюшкой проповеди, немцы забрали его прямо из церкви. Больше батюшку никто не видел. «Хоть и поп, а русский человек, потому и не пошел в измену», – пишет в заключении Н.Н. Белых.

Красноармеец конвоирует немецких военнопленных. Февраль 1943 г.

Особое внимание фашисты уделяли обучению подрастающего поколения. Открывались школы, в которых вводилось преподавание Закона Божия и обязательные молитвы. Примером тому может служить событие осени 1942 года, когда в Старом Осколе подростков по повесткам комендатур пригласили прибыть в здания, определенные оккупантами под учебные заведения. Им объяснили, что начнутся занятия по новой программе с изучением Закона Божьего, и повели в церковь Александра Невского. Отслужили молебен, после которого всех распределили по классам и группам. Недолгое время в слободских школах местные священники вели уроки с преподаванием Закона Божия.
5 февраля 1943 года Старый Оскол был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. Атеистическая власть в военные годы изменила свое отношение к Русской Православной Церкви. В марте 1943 года областные комитеты партии направили письма райкомам ВКП(б) под грифом «Совершенно секретно» с указанием: «не закрывать церкви, открытые в период пребывания в районе немецких оккупантов». Каждый случай рассматривался отдельно, закрытие проводилось только с разрешения обкома ВКП(б). Согласно заявлениям Церковных Советов в 1944 году были зарегистрированы религиозные общины всех пяти слободских храмов.

Празднование Дня Победы в Старом Осколе. 9 мая 1945 г.

После освобождения края от немецко-фашистских оккупантов местные жители стремились помочь Красной Армии, чтобы приблизить долгожданный Час Победы. В ноябре 1943 года старооскольская газета «Путь Октября» опубликовала заметку П. Синельникова, ктитора Троицкой церкви Стрелецкой слободы: «Верующие прихода Троицкой церкви радуются блестящим успехам славной Красной Армии на фронтах Отечественной войны. Для того, чтобы быстрее разгромить оккупантов-фашистов, верующие сдали в фонд РККА 27326 рублей, 20 тысяч внесли на второй Государственный военный заем, 15000 рублей на строительство танковой колонны».
Семь месяцев фашистской оккупации были днями невыносимых страданий, слез, горя. За все время было замучено, расстреляно, повешено более 800 старооскольцев. Из сорока тысяч ушедших на фронт более половины не вернулись домой.
Вечная им память!

Светлана Шестакова

“Православное Осколье” №6 от 8 февраля 2013 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 2 = 1