Доля генерал-губернаторская

Портрет К.П. Кауфмана. Худ. Маковский К.Е. 1866. Изображение с сайта https://simhm.ru

Над генералами, губернаторами и генерал-губернаторами царской России с легкой руки писателя Салтыкова-Щедрина, побывавшего в вице-губернаторском кресле, принято ехидно посмеиваться, да еще приговаривая: «Да, знаем, знаем, все знаем. Вон Михаил Евграфович “Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил” написал и город Глупов не из фантазий взял!» Но художественной литературе, да еще и окрашенной в либеральные тона, далеко не всегда надо доверять. Сама история опровергает литературные выверты. Россия не Глупов, настоящие же генерал-губернаторы державу формировали и берегли, а не разваливали.

Пик Кауфмана

Высшей точкой Советского Союза до 1933 года считался пик Ленина на Памире. Затем исследователи доказали, что пик Сталина (позднее пик Коммунизма) все-таки выше. Однако Ильич никогда не был в Средней Азии, а гора еще с 1871 года именовалась пиком Кауфмана, в честь первого генерал-губернатора Русского Туркестана.

Указ о формировании на базе Туркестанской области большой провинции в Средней Азии государь Александр II подписал 24 июля 1867 года. Административным центром Туркестанского генерал-губернаторства стал город Ташкент.

Руководить Туркестаном император направил опытного военачальника, бывшего виленского генерал-губернатора Константина Петровича фон Кауфмана, род которого восходил к австрийским и германским дворянам. Сам он являлся православным христианином. Генерал-лейтенант императорской армии и историк-востоковед М. А. Терентьев о нем писал так: «Человек большого ума и обширных знаний, Кауфман соединял с этим чисто русские взгляды на государственные задачи России, несмотря на немецкое происхождение».

Константин Петрович Кауфман, имевший инструкции от царя, прежде всего решил обустроить мирную жизнь в крае, а потому попытался установить хорошие отношения с Бухарой, Кокандом и Хивой. Воевать с этими государствами генерал-губернатор не планировал.

Однако эмир Бухары объявил России газават в 1868 году, мечтая захватить Ташкент. В ответ на активные военные действия генерал фон Кауфман разбил бухарцев, захватил Самарканд и фактически установил протекторат над Бухарским эмиратом.

В 1873 году против России выступило Хивинское ханство (подстрекаемое англичанами из Афганистана). Генерал-губернатор поступил решительно: заняв русскими войсками Хиву, принудил правителя Сейид Мухаммед Рахима признать вассальную зависимость от русского царя.

В 1876 году к России было присоединено Кокандское ханство.

Константин Петрович фон Кауфман честно работал на своем посту и трудился на благо Российской империи и Туркестана. Он благоустраивал Ташкент. При нем открылась Ташкентская публичная библиотека. Фон Кауфман задумал издание «Туркестанского сборника», в котором собирались все доступные сведения о Средней Азии. Вводя русское законодательство, фон Кауфман не запрещал и шариата. Он требовал бережного отношения к действующим религиозным обычаям и местным традициям.

Генерал-губернатор задумывался и об экономическом развитии края. По его приказу была организована опытная станция посева и обработки хлопка. Фон Кауфман поощрял развитие передовых технологий шелководства и виноделия, а также субсидировал закупку в США машин для очистки хлопка. Им же разрабатывались проекты орошения земель Голодной степи с целью расширения земледельческой зоны. При К. П. Кауфмане также развернулось масштабное геологическое исследование Туркестана.

В марте 1881 года, получив известие о гибели императора Александра Николаевича от бомб революционеров, Константин Петрович заболел. Этого отважного и верного слугу империи разбил паралич. В мае 1882 года он ушел ко Господу.

Современник так передает завещание Константина фон Кауфмана: «Прошу похоронить меня здесь (то есть в Ташкенте), чтобы каждый знал, что здесь настоящая русская земля, в которой не стыдно лежать русскому человеку». Могила первого губернатора Туркестана Константина Петровича фон Кауфмана находилась в Ташкентском Спасо-Преображенском Военном соборе, взорванном в 1935 году по решению советских органов власти.

Портрет графа Михаила Николаевича Муравьева. Литография. Худ. Н. Загорский, 1878. Изображение с сайта https://d1825.ru

Муравьев-Виленский

Старинный служилый род Муравьевых стал известен на Руси не позднее XV – XVI веков. Именно к нему и принадлежал выдающийся государственный деятель России Михаил Николаевич Муравьев-Виленский (1796–1866).

В 16 лет Михаил находился среди защитников России, противостоящих «нашествию двунадесяти языков» Наполеона в 1812 году. В сражении под Бородино юноша был тяжело ранен ядром в ногу и чудом выжил.

В 1820 году Муравьев вновь показал себя как настоящий гражданин Российской империи. Вспыхнувший на Смоленщине среди крестьян голод из-за постоянных неурожаев подвиг молодого помещика создать столовую при своем винокуренном заводе. Очевидцы сообщали, что в столовой бесплатно ежедневно кормилось до 150 крестьян, причем за едой обращались крепостные и из других имений. Никому отказа не было. Сам Михаил Муравьев израсходовал на помощь голодающим крестьянам около 20 тысяч рублей. В ту эпоху это были огромные средства.

В 1826 году Михаила Николаевича арестовали по делу декабристов и препроводили в Петропавловскую крепость. Он лично был оправдан государем Николаем Павловичем. В дальнейшем мы его застаем на различных административно-государственных постах. Например, в 1835 году он являлся губернатором в Курске, где боролся с коррупцией и оставил о себе добрую память.

Муравьев дослужился до постов министра государственных имуществ и председателя департамента уделов. А в 1862 году он вышел в отставку, мечтая спокойно проживать в своем имении, дабы поправить пошатнувшееся здоровье.

Однако человек предполагает, а Бог располагает. В 1863 году вспыхнул очередной польский мятеж, поддержанный Францией, Великобританией, Блистательной Портой (Турцией) и Ватиканом. Зловещее положение сложилось в Северо-Западном крае. Мятежники открыто угрожали большинству населения, их не поддержавшему. Кровавые расправы над православными священниками, дворянами и крестьянами превратились в обыденность.

В этих условиях император Александр II назначил в Виленский край Михаила Николаевича Муравьева с чрезвычайными полномочиями.

Михаил Муравьев разработал план мероприятий по ликвидации бунта. Вооруженные силы разбивали мятежников практически всегда. Но уследить за террором на местах казалось делом невозможным. Муравьев принял меры к вооружению православных крестьян. Была создана сельская стража. Причем деньги Муравьев взял с польских помещиков, обложив их десятипроцентным специальным налогом.

Муравьев беспощадно расправлялся с мятежниками и агитаторами. Всего казнили 128 инсургентов. За это либеральная пресса обозвала Михаила Николаевича «вешателем» и «палачом». Причем та же пресса цинично умолчала о не менее чем 1000 православных гражданских лиц, изуверски умерщвленных «повстанцами».

В Северо-Западном крае Муравьев провел административную, крестьянскую и образовательную реформы. Крестьяне в Белоруссии (в том числе и батраки) наделялись землей за счет конфискованных у польских помещиков имений. На обустройство крестьян из российской казны было выделено чуть больше 5 миллионов рублей. В своих правах крестьяне и помещики уравнивались. Видя жуткое материальное положение православного духовенства края, Муравьев добился оказания финансовой помощи и ему. На свои средства Муравьев закупал крестики и иконы в Великороссии. Все переправлялось в Белоруссию и раздавалось православным христианам.

Образовательная реформа заключалась в продвижении русского языка, открытии русских учебных заведений и доступе в них всех сословий. Известный мыслитель и историк И. Л. Солоневич (белорус по происхождению) по достоинству оценил труды Михаила Муравьева, поднявшего белорусов с колен после польского засилья: «Народ остался без правящего слоя. Без интеллигенции, без буржуазии, без аристократии – даже без пролетариата и без ремесленников. Выход в культурные верхи был начисто заперт польским дворянством. Граф Муравьев не только вешал. Он раскрыл белорусскому мужику дорогу хотя бы в низшие слои интеллигенции».

Империя обнаруживается высшим типом государственности, который смог за тысячелетия выработать человеческий ум. «Осуществить идею империи Бог дает наиболее одаренным народам с целью служения слабейшим и менее одаренным; как сильный брат дается в помощь более слабому», – утверждал святитель Николай Сербский. А труды русских генерал-губернаторов Кауфмана и Муравьева – это прямое подтверждение тезиса православного святого.

Александр Гончаров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

40 + = 43

АРХИВ ГАЗЕТЫ