Александро-Невский храм на рубеже эпох

Начало истории

К началу XX  века почти в каждой слободе Старого Оскола стоял свой храм. Однако на Гумнах, где на тот момент проживало около тысячи человек, духовного центра не было. Согласно архивному документу – пообщинному бланку – в 1889 году на слободском сходе было решено выделить землю под строительство храма.
Новую церковь слобожане посвятили святому благоверному князю Александру Невскому, небесному покровителю императора Александра III, в память чудесного спасения императорской семьи во время крушения царского поезда около станции Борки в 1888 году.

Инициатором строительства стал Михаил Иванович Винников. Родом он был из зажиточных крестьян, сам внес крупную сумму денег и организовал сбор средств. При строительстве храма использовался кирпич, изготовленный на небольшом частном заводе в Ямской слободе. Производство принадлежало предприимчивому семейству Игумновых. Они имели родственные связи с семьей Алексея Васильевича Емельянова. Его старший сын, Иван, был женат на внучке Игумновых – Марии Стефановне, впоследствии она пела на клиросе Александро-Невского храма. 

Жители слободы активно участвовали в возведении святыни. В 1910 году «Курские епархиальные ведомости» сообщили о награждении грамотами Святейшего Синода членов приходского попечительства, принявших участие в постройке приходского храма.

Первым ктитором (старостой) храма был выбран Алексей Васильевич Емельянов. Им были приобретены эскизы внутреннего убранства, в том числе алтарной части. Первая храмовая икона святого благоверного князя Александра Невского также была привезена Алексеем Васильевичем Емельяновым еще до открытия храма. Икона была  небольшого размера и выполнена на металле. Многие попечители храма впоследствии были похоронены возле его стен. Их могилы сохранились до наших дней.

В 1908 году Александро-Невский храм был освящен и приписан к Богоявленскому кафедральному собору. 19 сентября 1909 года Указом Священного Синода утвержден самостоятельный штат храма из священника и псаломщика. Настоятелем храма назначен священник Николай Георгиевич Лисицын, но вскоре его сменил священник Вячеслав Переяславский. Духовная жизнь прихода вошла в обычное русло. Каждое воскресенье православный люд заполнял новый храм – жители Гуменской слободы приходили на службу целыми семьями. В 1915 году священник Вячеслав Переяславский был назначен настоятелем Покровской церкви, приход Александро-Невского храма возглавил протоиерей Михаил Лукин. Он дожил до смутных времен и стал свидетелем трагических послереволюционных событий.

 Смутные времена

В тридцатые годы ХХ века предпринимались неоднократные попытки запретить богослужения в Александро-Невском храме, но верующие долгое время сопротивлялись напору властей. Старожилы Гуменской слободы помнят, как в 1929-1930 годы с колокольни храма сбросили колокола. Самый большой колокол упал на паперть. Учительница гуменской школы, Зоя Максимовна, кинулась колокол целовать, а ее начали бить… Женщины плакали.

Местные жители рассказывали, что в период с 1933 по 1935 годы в Александро-Невском храме служили на паперти, а в 1938-1939 годах у входа в храм венчали. В 1937 году местная власть приняла решение приспособить здание под зернохранилище. Из сельского совета приходил человек, сбивал замок с церкви и вешал свой. Утром приходил батюшка, сбивал замок с дверей храма и служил на паперти. По окончании службы он закрывал храм на свой замок. Настоятелем храма в эту пору противостояния был протоиерей Павел Чесноков. Он возглавлял приход с марта 1925 по ноябрь 1937 года. Документы, подтверждающие факт закрытия Александро-Невского храма советской властью, в архивах не обнаружены. Однако известно, что представители власти добились того, что батюшка, не выдержав давления, больше в храм не вернулся. Старожилы говорят, что оставить храм отца Павла убеждали не только сотрудники НКВД, но и родные братья и сестры. Один из братьев, Иван Иванович Чесноков, служил командиром дивизии Красной Армии. Сестра, Александра Ивановна, окончила Институт красной профессуры, работала секретарем у М. Горького. Но как только отец Павел Чесноков оставил приход, его арестовали. 29 января 1939 года следствие по обвинению священников города, в том числе и протоиерея Павла Чеснокова, к удивлению многих, было прекращено, священников освободили.

Храм в годы войны

С началом войны Старый Оскол опоясала система окопов, дзотов, блиндажей. В оборонительную систему также были включены и каменные здания слобод: церковные колокольни, привокзальные здания и водонапорная башня. На церковных стенах до сих пор можно разглядеть вмятины и выщербины от пуль и осколков. Заняв город 3 июля 1942 года, оккупанты установили «новый порядок». По городу были развешаны приказы немецкого коменданта, которые заканчивались фразой: «За нарушение – расстрел». Оккупанты производили расстрелы старооскольцев на Гумнах, Ямской слободе, в центре города и на Казацких буграх. Чтобы как-то привлечь на свою сторону местное население, фашисты разрешили службы в храмах. Но получали обратный эффект. В своем дневнике старооскольский историк-краевед Н. Н. Белых рассказывает, что в Гуменской церкви в годы оккупации служил священник Т. Страшевский, который специально для этого перешел линию фронта. «Вместо проповедей он часто читал с амвона сводки Советского Информбюро, – пишет историк, – и всякий раз призывал верующих не падать духом и молиться в душе за победу Красной Армии над немцами. Об отце Т. Страшевском начал ходить в округе слух, что он является «партизанским попом». Началась слежка». Последняя проповедь батюшки была посвящена благоверному князю Александру Невскому: «Наша церковь называется Александро-Невской. А все ли вы знаете Александра Невского? Это был князь Новгородский, печальник русской земли. В трудную пору, когда татары над Русью властвовали, когда по Изюмской сакме (тропе) от Тулы до самого Крыма и от Киева до самого Сарая татарского людей русских татары толпами в неволю гнали, – в эту трудную пору Александр обнажил меч свой и победил немцев на Чудском озере. Молитесь, православные, об Александре Невском… Он придет к нам и стражду нашу облегчит, и ворогов мечом богатырским превратит во тлен…» 

Через полчаса явились полицаи и прямо из церкви забрали Страшевского. Больше священника никто не видел.  Оккупационные власти пытались возобновить образовательную деятельность школ, но из этого тоже мало что получалось.

– Во время оккупации немцы собрали нас, пацанов, у городской управы. Нам было лет по 14-15. И повели в церковь Александра Невского, – вспоминает коренной житель Старого Оскола Леонид Александрович Фролов. – Там священник прочитал молитвы. Для того, чтобы организовать учебу для нас с изучением Закона Божьего. Мы прослушали все, немцы назначили время, когда прийти на занятия. Но все планы у них рухнули. Сталинградская битва помешала. Мы и не приходили больше. И не учились. А молебен отстояли.

Скорее всего, священником, отслужившим молебен, был Федор Васильевич Виноградов. В то время – уже довольно преклонного возраста. Отец Федор был из потомственной семьи священников. Семинарию окончил в 52 года, в 1922 году. На дворе  уже стояла новая эпоха, и он хорошо понимал, что впереди его ждут гонения. Так и случилось: дважды, в 1924 и 1929 годах, он сидел в тюрьме. При храме Александра Невского он прослужил до октября 1945 года.

Возрождение

Восстановление приходской жизни в послевоенные годы происходило медленно, постепенно меняла и советская власть свое отношение к Русской Православной Церкви. В 1944 году была официально зарегистрирована религиозная община Александро-Невской церкви, которая, как сказано в документе, начала функционировать с 15 августа 1942 года. Труды настоятелей и верующих за сохранение Дома Божьего в период напряженной антирелигиозной кампании принесли свои плоды. Прихожане сберегли старинные иконы афонского письма, немало церковного имущества и утвари. И все-таки последующая внутрицерковная жизнь оказалась отнюдь не безмятежной. Служители культа считались наемными работниками, и вся власть сосредоточилась в руках приходской двадцатки. По утверждению исполняющего обязанности благочинного Старооскольского округа протоиерея Сергея Ханова в 1945 году, «прихожане слободы Гумны с большими претензиями относятся к своим священникам». В течение 15 лет (с 1945 по 1960 гг.) в Александро-Невском храме сменилось пять настоятелей. Священники предпринимали попытки прекратить самоуправство, творившееся в приходе. В ответ на них сыпались жалобы и доносы во все возможные инстанции: благочинному, архиерею и даже Патриарху. Такая картина на приходах встречалась часто. У людей за годы советской власти при массированной атеистической пропаганде, жесткой антицерковной политике властей христианские идеалы уходили под спуд, а мирские страсти захлестывали. В Церкви видели не путь ко спасению души, а требно-обрядовое учреждение. Священнику Антонию Касьянову (служил с 02.12.1953 по 03.02.1960 гг.) «радетели о церковном имуществе» угрожали закрыть храм. В 1954 году в жалобе Святейшему Патриарху Алексию I они писали: «Мы считаем, что голос народа – голос Божий. Почему епископ Иннокентий старается навязать народу то, чего мы не хотим? И почему он не считается с тем, чего мы просим? Хозяева храма мы, а не епископ Иннокентий или покровительствуемый им «настоятель» Касьянов. Мы арендуем здание храма у государства. Мы за него отвечаем, и мы его содержим на свои средства. Чрезвычайно странно! Чего им не слушать народ, который никогда не ведет к худому. Однако если нам будут мешать «настоятели», то мы церковь закроем».

В послевоенные годы о ремонте и реставрации здания Александро-Невского храма говорить не приходилось: найти даже самые простые строительные материалы было трудно, да и решение в вопросах проведения ремонта и вообще жизни прихода принадлежало ктиторам и членам двадцатки. И все-таки священнику Антонию Касьянову удалось переломить ситуацию. «За три года службы нашего священника отца Антония, – пишут верующие, – мы в храме видим большую перемену и красоту».

После 1964 года  со стороны советской власти прекращаются открытые административные гонения на духовенство и церковный актив. В это время меняется и привычный облик старинной Гуменской слободы. Она превращается в современный городской район. В 1979 году начинается строительство путепровода, а в начале 1980-х – первых многоэтажных домов микрорайона Звездный. В феврале 1960 года настоятелем Александро-Невского храма назначается протоиерей Анатолий Богута. Ему, кроме церковных проблем, нужно было решать спорные вопросы с чиновниками разного уровня.  Сотрудница храма Лариса Викторовна Маркова рассказывает: «В начале 1960-х годов была закрыта Вознесенская церковь. Отцу Анатолию предлагали закрыть Александро-Невский храм якобы на ремонт или в связи с эпидемией гриппа. Но я помню, как он говорил, что если закрыть храм хоть на один день, то городская власть закроет храм навсегда. Батюшка храм отстоял».

Несмотря на противодействие властей, отцу Анатолию удалось наладить в храме паровое отопление, поновить настенную роспись, восстановить иконостас. Из утвари появились новые подсвечники и паникадило. В богослужебные дни церковь была полна верующими, в субботу и воскресенье крестилось по 15-20 человек. 

К сожалению, 11 июля 1984 года протоиерей Анатолий Богута и его семья погибли в автомобильной катастрофе. Отец Анатолий возглавлял приход 24 года.

Новый этап

1 сентября 1995 года в связи с образованием Белгородской и Старооскольской епархии Александро-Невский храм по указу митрополита Белгородского и Старооскольского Иоанна (Попова) становится вторым кафедральным собором епархии. С этого времени, можно сказать, начинается и его второе рождение. Благодаря мудрому попечению настоятеля собора, протоиерея Алексия Зорина, приходской храм превратился в жемчужину Оскола: медные купола и мозаичные иконы на фасаде, золотые кресты и десять звонких колоколов, иконостас в стиле Андрея Рублева и киоты с ажурной резьбой. Главной завершающей точкой в преображении стала его новая роспись, выполненная мастерами в древнерусской традиции. На стенах – Евангельские сюжеты, Богородичные образы и иконы святых. В красках иконописцы подробно отобразили житие святого благоверного великого князя Александра Невского. На западной стене – победоносные батальные сцены полководца, которые напоминают: битва за веру, за Христа продолжается. Она может быть даже до крови, до смерти. Но Христос всегда побеждает. А значит – и мы с Ним.

Светлана Воронцова
По материалам книги «Дому Твоему подобает святыня, Господи…»
Фотоколлаж Владимира Чурикова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

34 − 31 =